Война с самим собой

Капельки бисера сползают по щекам, мокрые покрасневшие глаза страшнее любого наказания за свои преступления...

Какое право имеют другие на жизнь? Не на мою, хотя бы на свою? У них нет такого права - жить. Но они живут и вполне успешно лезут в другие жизни, которые их совершенно не касаются.

От них приходится скрывать и скрываться самому. Они как вирусная болезнь - от них нет спасения. От них трудно избавиться, потому что они не понимают намёков. Они безумны в своём стремлении вынюхать о ком-то больше, а потом растрепать это другим таким же алчным до чужого счастья.

Каждый является импульсом жизни, протягивающим свою ниточку сквозь тьму одиночества и хаоса. Мы несемся сквозь время и пространство, оставляя в нём частицу себя и не замечаем, как наш импульс иссякает. Но они его насильно иссушают. Они, пересекаясь со мной в танце векторов, отгрызают части моей нити, удлиняя свои. Моя жизнь распадается, а всё новые и новые падальщики забирают себе остатки. Их жадность не имеет границ.

Я должен защищаться, пресекать их попытки уничтожить меня. Я должен извиваться и не обращать внимание на мучения других. Это глупо, так как сожаление порождает сначала слабость в другом существе, а потом и я сам слабею, ожидая помощи. Но помощи ждать не от кого. Мой импульс должен быть чётким, стройным, ритмичным, резким, вёртким. Он должен остерегаться фальши и зависти. Он должен быть независимым от других импульсов, чтобы быть длиннее их. Длиннее любого из когда-то двигавшихся импульсов.

Это странный жесткий погребённый под тоннами высохшей паутины лес не даёт мне покоя. Костюм не даёт мне свободно по нему двигаться, он сковывает мои движения и угнетает меня. Хотя лес угнетает меня не слабее костюма, и вряд ли я мог бы идти по нему без ненужной защиты, давясь затхлым воздухом.

Но ещё сильнее угнетают чувства и эмоции. Страх, не за себя, за другое существо. За то единственное, с которым мне удалось наладить контакт. Единственное, которое держит меня в этом грязном фальшивом мире. Это существо - не человек, оно выше. Оно сильнее и красивее любого человека.

Я живу только для него, и я боюсь причинить ему боль, но об этом страхе пока не догадывались мои враги. До того момента, как небрежно оброненное слово ранило мою истерзанную грудь. Я пытался не подавать виду, но в ярости, бессилии, злобе и обиде сжимал кулаки и неровным скрипом крошил эмаль зубов.

Лес, костюм, чувства... Я не люблю леса... Не знаю почему, не помню... Хотя нет, и помню и знаю, но не хочу вспоминать и думать об этом. Один только намёк как новый шрам на теле. Костюм... Вроде бы защита, но любая обязанность и боязнь ограничивает свободу. Мне отвратительно хотя бы напоминание об этом заточении. И жгущие эмоции. Остаётся безумство, ничего кроме него.

Надо что-то делать. Бежать ли, умирать ли, менять ли - решать именно мне, это и страшит. Ответсвенность. Вроде бы уже говорил, что это ограничение свободы, ну а так ли это на самом деле... Трудно решить сразу, а надо бы...

Куда-то надо перенаправить мой импульс. Такого от меня ждут, но я давно кружусь в танце с другим и не хочу останавливаться. Зачем, ведь это так приятно, и плевать на растраченную энергию, незачем её считать если такая сказка будет продолжаться до конца жизни. Энергия прежде тратилась быстрее, иногда мои вспышки стоили мне лет свечения. Так глупо ждать удовольствия весь полёт. Это всё равно что ждать ветра всё падение.

Не надо ждать, надо расправить крылья и лететь...

Начало июня 2008 года