Война с самим собой

Если бы я тогда, три с половиной года назад, хотя бы посмел предположить будущее таким, каким оно стало, я был бы богом уже тогда. Этот шум, эта свежесть, эта свобода поддерживает то равновесие, чью чашу я склонил в свою сторону. И я питаюсь им, он пища для меня. Не для какой-то части моего существа, а для меня самого. Тогда оно казалось другим. Чистым и молодым, ярким, отзывчивым и зовущим, рискованным. А теперь? Что же так преобразило его за это время? Холодное, серое, седое, старое, тоскливое, мудрое... Седые локоны пены, волны как морщины и складки кожи на лице... Перемолотые миллиарды событий растворились в море, настолько оно вместительное. Эти солёные частички уничтожают ту лазурную небесную наивность, дают бесценный опыт собственной жизни...

Это не море изменилось, это я стал смотреть на вещи по-иному. Радоваться одному и злиться от другого. Плакал, смеялся, ругался, ссорился, мирился, дрался, потом опять сходился... Столько всего было, даже и не вспомнить всё... Только я стал таким, какой я есть. Кем-то любимый, кем-то ненавистный. Люди со мной чаще смеялись и плакали, чаще мечтали и унывали. Значит не зря, не зря я жил в сложности хаоса существований. Эти годы не прошли даром ни для меня, ни для других. А для моря?

А оно знало всё заранее. Оно знало всё давно, ещё с самого зарождения мной мира. Ведь должен же я был оставить для себя подсказки. Оно знало, и говорило мне, но я не слушал, я только говорил и замыкался на своём внутреннем голосе... С тех пор я многому научился... Слушать, вникать, мыслить, рассуждать... Я стал старше - несомненно. Умнее - возможно. Мудрее - может быть. Злее – вряд ли. Другим - нет.

И море осталось таким же, просто я боюсь это признать. Тогда я взывал к его спокойствию и так же грустно повествовал о своей тяжелой доле. Теперь я стою за руку с ней и гордо вызываю его к себе. Оно шумное, беспокойное, но и мной правят другие стихии...

Стремление, страсть, любовь... Так странно иметь то, о чём желал долгими осенними ночами, сжимая до боли кулаки от обиды на тех, кого уж нет со мной. Не знаю - просто ли пересекались наши разные пути, или они свернули с единственно верного, или просто попались под ноги на моём. Не знаю я ничего о нём, да и не хотелось бы...

Знаю, что не заставит меня больше ничто страдать - ни это море, ни разбивающиеся о пристань волны, ни слабые люди, ни та, чья горячая ладонь греет мою, почти ледяную. Да, другие стихии управляют, но тепло из меня льётся редко, но не как раньше. Просто я ещё не избавился от всего того холода, выплюнутого в меня за эти годы...

Эта сука апрель... Лёгкий ветерок, пульсирующее светлое небо, тридцатиметровая высота и жалкие людишки внизу. И я догадываюсь, судя по их зеркальным глазам, как мы на них похожи. Оболочка та же - содержание и глубина другие. И другая высота - я смотрю на них свысока, а не они на меня. Так странно... Ржавые колышущиеся перила, гул лифтов, выходы их бетонных шахт, переплетения проводов как паутина.

А теперь я жду. Я вставляю в уши наушники, опускаю голову к земле и иду вместе с толпой. Я вынужден так делать, ведь есть другой выход... Но он как бомба, обезвредить можно двумя способами: утилизировать или взорвать. Я предпочту первое, взрывов в моей войне уже достаточно.

Коротать ночи над клавиатурой, с чашкой чая в руке. Только так, несмотря на всё остальное. Так было, есть и будет, и это можно только пережить. И неизвестно, лучше ждать чего-то или идти наощупь, не имея ничего ни впереди, ни за спиной...

 

Март-апрель 2008 года